Однажды профессор Уральской консерватории шел домой, и у автовокзала его избили милиционеры... Нет, не пойдет. Может так? Однажды школьник ехал в автомобиле с подружкой, и его по неосторожности застрелил постовой, которому за эту оплошность дали 15 месяцев колонии-поселения... Нет, и так плохо. Да и вообще, здесь вам не Esquire. Попробуем в виде злой сказочки.
Жило-было российское общество, и был у него сиротский приют под названием "Милиция". В это заведение общество ссылало непослушных мальчиков, которых не получалось пристроить в места поприличнее, в основном после армии. Ссылало и забывало, так что ребята при живых родителях, братьях, сестрах, женах становились настоящими гражданскими сиротами.
Вы только не подумайте чего, общество это делало вовсе не со зла. Просто когда-то давно, во времена активного строительства коммунизма, правительство наказало обществу в милицейские дела не лезть. Мол, некогда ребятам перед всякими гражданскими отвечать, им надо с врагами государства бороться. А следить за милицией будут воспитатели из числа особо отличившихся воспитанников. Так и повелось. Потом коммунизм решили больше не строить, правительство сменилось, а привычка не обращать внимания на то, чем заняты милиционеры, осталась.
Ничего удивительного, что при таком наплевательском отношении порядки среди сирот устанавливались далеко не гуманные, местами покруче, чем в другом заведении под названием "Тюрьма". Капремонт в приюте не проводился, денег не хватало, вот и пошли ребята на заработки. Благо разгуляться им было где. Дело в том, что члены российского общества любят регулярно нарушать закон: то двойную сплошную пересекут, то на библиотеку помочатся. При этом, однако, отвечать за свои поступки в этой стране не принято. Вот и стали сиротки мзду небольшую с граждан взимать, дабы не смущать их составлением актов о тех или иных административных правонарушениях. А потом и уголовные дела на продажу пошли - то закроют за деньги, то откроют, если денег нет. Ну и так далее, всего не перечислишь.
Так все это и тянулось до тех пор, пока сиротка Евсюков не пострелял кучу народа в магазине. А тут как назло в обществе гражданское самосознание зарождаться начало. Вот встрепенулось общество, заходило волнами и решило разобраться в правовой ситуации в стране. Да не тут-то было. Сирота за сироту горой стоит, а дверки в приют уж давно заржавели - что там внутри происходит, и не разберешь. Пытались граждане к воспитателям обратиться, только все без толку - разучились те с неприютскими за годы изоляции разговаривать. Все про "глаза-плошки" да "единичные случаи" рассказывают.
Конечно, были среди сирот и предатели, которые в распростертые объятия общественные сами сиганули. Дымовский там, омоновцы московские. Но в приюте с предателями разговор короткий - уголовное дело или увольнение, а гражданам - невнятный монолог воспитателя.
Так и живем. Жертвы произвола множатся. Милиция не меняется, а общество возмущается, но не очень, и продолжает поставлять милиции свежие кадры. Ведь сиротами не рождаются, сиротами становятся.
