О работе авиакомпании "Трансаэро" и аэропорта "Домодедово"

Итак, 1 сентября сего года рейсом компании UN 556 "Трансаэро" (точные данные сообщаю для заинтересованных читателей и инстанций) в 18.55 мы приземлились точно по расписанию в славном аэропорту Домодедово. Далее начались чудеса. Поездив немного, самолет застыл посередь не совсем чистого поля. Обманутые остановкой пассажиры начали было доставать с полок вещи, но сей непорядок был пресечен бдительными стюардессами, которые причину внезапной задержки внятно объяснить, впрочем, не могли. После примерно получасового стояния по внутренней связи нечто пробурчал голос, по всей видимости принадлежавший командиру воздушного судна. В силу негромкости связи и невнятности речи дешифровать сообщение было не проще, чем знаменитое критское письмо Б, однако финал его реконструировать удалось: "Время ожидания мне не известно". В итоге оно (время) составило 1 час 10 минут. По мере нарастания народного недовольства бдительные стюардессы сочли за благо ретироваться в хвост и голову самолета, и пассажиры получили возможность стоять/ходить/брать вещи и даже де-факто отвоевали для себя возможность проникнуть в святая святых - сортир бизнес-класса. Объяснений дожидались долго и безрезультатно; когда же их все ж потребовали от неосторожно вышедшей в салон стюардессы, та изложила леденящую душу историю, которую экипаж "узнал буквально только что" (ровно через час после приземления): Внуково-де закрыт, в Домодедово перенаправили "много бортов, и все буксировочное оборудование было разобрано". Вопросы, почему должны страдать регулярные, прибывающие по расписанию рейсы, что это за компания и/или аэропорт, которые не могут предусмотреть и/или быстро решить подобную ситуацию, натыкались на лучезарную улыбку (этому девушек научили, не отнимешь) и не менее греющее душу сообщение: "вы, разумеется, вправе, предъявить претензии". Памятуя о странной манере западных пилотов при малейшем отклонении от штатного режима немедленно и в деталях (порой даже угрожающе-подробных) информировать пассажиров о происходящем, мы поинтересовались, а что ж экипаж как воды в рот набрал. Ответ угадывался легко: "так мы сами только что узнали"; вопрос "И это нормально?" остался без отклика в силу очевидной риторичности. Заметим, что в обсуждение происходящего стюардесса, а затем и героически поспешивший ей на помощь коллега мужеска пола, включились тогда, когда ожидание практически закончилось и к самолету пригнали трап и автобус. На прощание из динамиков раздалось уже совсем нечленораздельное кваканье, которое окрыленная публика могла счесть извинениями первого пилота.

Посадка в единственный подъехавший автобус происходила энергично в силу того, что пассажиры прилетели из тридцатиградусной жары, мягко говоря, одетыми не совсем по московской погоде (было, кажется , +5). Правда, один автобус вместить всех явно не мог, а потому закрыл двери прямо перед лицом женщины с ребенком на руках. Ее, как и некоторое число неудачников, сидевших в хвосте, задержать до приезда второго автобуса в теплом салоне никто не удосужился (видимо, очень уж надоели за лишний час сидения), так что они должны были либо стоять некоторое время на холоде, либо мчаться обратно вверх по трапу, чтобы не простудить себя и детей.

После страшного рассказа о множестве перенаправленных самолетов мы, естественно, ожидали толпы на паспортном контроле. Но - о радость! - там не было ни единого человека. То ли предыдущий августовский скандал заставил, по крайней мере, одну службу работать нормально, то ли - что кажется более вероятным - информация милой барышни-стюардессы оказалась не совсем соответствующей действительности^*. Тут мы с женой, было, возрадовались, поскольку томительное ожидание в самолете усугублялось для нас (боюсь, что и для кое-кого еще из пассажиров) одним немаловажным обстоятельством. По выработавшейся в общении с другими аэропортами и компаниями дурацкой (как мы теперь понимаем) привычке, приземлившись, мы вызываем себе такси, которое как раз минут за 40-45, уходящих на пересечение границы и получение багажа, подъезжает, а иногда и немного ждет. Но в данном случае лимит ожидания уже был практически выбран, дальше за него нужно было платить, а отпустить машину тоже нельзя - шофер уже приехал, ждал. Но пролетев через границу, мы понадеялись… Зря! Багаж мы ждали 1 час 45 минут. Сначала его просто не было, потом загорелся номер искомой багажной ленты, она даже поехала, чем отвлекла постепенно озверевавших пассажиров от молодого человека под вывеской "Информация", но отвлекши, немедленно встала. Окончательно озверевши, пассажиры вернулись к несчастному юноше, который неразличимо пошептав в телефон, сообщил, что у "самолета заело багажный люк". Эта версия, возможно, подтвердилась спустя полчаса традиционно-загадочным сообщением по аэропорту "Выдача багажа такого-то рейса задерживается по техническим причинам", однако тут приходилось не верить собственным глазам, поскольку, отъезжая от нашей темницы-самолета, мы наблюдали факт вышвыривания чемоданов (по одному, а не в контейнерах) в подъехавшую автотелегу. Наконец пойманная особо предприимчивыми пассажирами дама с гордым титулом "Старший смены", погундосив в рацию, уверенно сообщила, что багаж уже давно выгружен и… получен. Тут надо было не верить не только собственным глазам, но и всем прочим органам чувств. Впрочем, в конце концов, через упомянутые час сорок пять минут слова старшей дамы оправдались - видимо, она просто живет, несколько опережая наше время. Такова была вся сумма полученной нами разнообразной информации - естественно, о появлении что-то объясняющих (по собственной инициативе и, желательно, правдиво) официальных лиц речь не шла. Пожелание поговорить с представителем авиакомпании было воспринято со всей готовностью, даже указана сторона, где это представительство находится - но, разумеется, за линией таможни, которую можно было пересечь, уже получив багаж, то есть тогда, когда надобность в оном представителе, собственно, отпадет. Сам же он пересечь сию линию в обратном направлении тоже, видимо, был не в праве.

Итак, проведя после посадки в аэропорту в общей сложности три часа, мы-таки его покинули. Верный таксист нас дождался, счетчик к тому времени накрутил сумму, примерно равную стоимости поездки из аэропорта до дома. Правда, тут спасибо и человеку, и его компании, которые, понимая "невиновность" клиента, в итоге накрутку вдвое скостили. Нами это было сочтено за несомненную удачу.

Наверное, многие переживали сходные ситуации (впрочем, наши друзья и знакомые столь масштабным опытом не располагают). И дело даже не в самом факте задержки, хоть он и вопиющ. Поражает безответственность, помноженная на лживость и полное наплевательство на людей. Вроде и на гнусное наследие советских времен не спишешь (все-таки двадцать лет прошло), и авиакомпания, и аэропорт частные (чем очень любят козырять, всякий раз, когда их ущемляют государственные "Аэрофлот" и Шереметьево). Видимо, "частность" понимается как функция: взимание денег с объекта, то есть клиента, одушевленность которого не очень принимается в расчет. Впрочем, клиенты, то бишь мы, сами даем к тому основания. Мы (применяю это слово не только обобщенно, но и непосредственно-лично, к самому себе) к тому отношению готовы. Характерно, что когда на исходе самолетного сидения стюардесса вдохновенно рисовала ужасы, прилетевшие из Внукова, одна добросердечная женщина средних лет сочувственно-радостно вздохнула: "Спасибо, что нас-то посадили!". А к концу второго часа ожидания багажа прелестная юная барышня утешала меня (в голове у которого неумолимо крутился таксомоторный счетчик): "Ну а вспомните, когда вулкан извергся, сколько рейсов вообще не летало!". На осторожное возражение: "Но сейчас-то вроде ничего не извергается?!", она жизнерадостно открыла нам глаза: "Так в России жизнь всегда, как на вулкане!". От столь остроумной и своевременной трактовки расхожей истины мы попросту онемели в восхищении. Только в голову почему-то лезла другая ассоциация из давнишнего советского анекдота: старый червяк назидательно говорит сыну, рвущемуся с навозной кучи к травке и солнышку: "Есть такое слово - родина, сынок!".

^*Поверхностный поиск в Интернете подтвердил факт временного закрытия из-за грозы, но о массовом перенаправлении рейсов вроде ничего не писали (может, конечно, все затмила задержка на полчаса вылета самолета министра Лаврова).