Байсаров, Руслан

Бизнесмен

Бизнесмен, совладелец "Русской медной компании", "Енисейской промышленной компании", владелец компаний Rossini Trade Limited, Bronson Partners. Акционер Sibir Energy. Занимался клубным, ресторанным, гостиничным и нефтяным бизнесом, в 2003- 2011 годах был первым вице-президентом Московской нефтегазовой компании. В конце 1990-х - начале 2000-х годов упоминался в СМИ как гражданский супруг певицы Кристины Орбакайте.

Руслан Сулимович Байсаров родился 9 августа 1968 года в селе Ведучи (по другим данным – Ведено [42]) Чечено-Ингушской АССР [25], [44], [8], [57]. В прессе он назывался выходцем из тейпа (рода) Харачой (по другим данным - Нохчмахкхой [25]) "из горной Чечни, где проходили самые кровопролитные войны в истории чеченского народа" - упоминалось, что к тейпу Харачой принадлежали Руслан Хасбулатов, бывший председатель Верховного Совета Российской Федерации, и Мовлади Удугов, бывший министр пропаганды Чеченской Республики Ичкерия [25], [42], [28]. Сам бизнесмен рассказывал, что родители его были небогаты и что у него была большая семья, поэтому с детства ему пришлось зарабатывать деньги самому ("В детстве собирал бутылки из-под кефира или, например, продавал яблоки") [1].

В СМИ публиковалось крайне мало свидетельств о юности Байсарова. По одним данным, он окончил Волгоградский государственный архитектурно-строительный университет - "Горхоз" [58], [39]. По другой информации, в частности, по сведениям газеты "Ведомости", в 1985 году Байсаров приехал в Москву и поступил в Московский инженерно-строительный институт, откуда в 1986 году ушел служить в армию. Вернувшись, он "перевелся в Нефтяной институт" (возможно, Московский нефтяной институт им. И.М. Губкина, с 1998 года - в Российский государственный университет нефти и газа им. И.М. Губкина [59] - прим. ред.) [1]. Между тем по данным других СМИ, в частности, газеты "Московский комсомолец", Байсаров переехал в Москву только в середине 1990-х годов [25], [44], [57].

Сам Байсаров рассказывал, что в студенческие годы он тоже торговал – продавал иностранные продукты, печенье, конфеты, а затем, "как все, перешел на компьютеры" [1], [57]. Источники газеты "Московский комсомолец" утверждали, что Байсаров как бизнесмен "начинал со строительства" в 1994 году. По данным издания, что в тот период "он сколотил одну из самых жестоких чеченских бригад в Москве" [44]. В прессе в частности, в газете "Коммерсантъ", указывалось также, что в 1994 году [57] Байсаров занял пост вице-президента Ассоциации поддержки независимых АЗС (с 1997 года - Московская топливная ассоциация, МТА [16]). Однако публиковалась и другая информация, согласно которой в нефтяной бизнес Байсаров пришел позднее, в конце 1990-х годов, тогда же он и занял пост вице-президента МТА [1].

В 1995 году гендиректор комплекса "Совинцентр" (московский Центр международной торговли и научно-технических связей с зарубежными странами, с 2000 года - "Центр международной торговли", ЦМТ [54], [48]) на Краснопресненской набережной Борис Грязнов сдал в аренду Байсарову, являвшемуся на тот момент президентом концерна "Инфант" (по другим сведениям, фирма называлась "Элефант" [53]), ряд объектов на территории комплекса. Сообщалось, что под управлением чеченского бизнесмена оказался спорткомплекс, ночной клуб, казино, рестораны и территория вокруг бизнес-центра [52], [53], [51]. Байсаров отремонтировал и реконструировал выделенные ему объекты, к 1997 году вложив в них более 5 миллионов долларов [52]. Первым своим "бизнес-проектом" предприниматель называл салон своего друга - стилиста, парикмахера и дизайнера Сергея Зверева в "Совинцентре" [1], [57].

В 1997 году Байсаров в партнерстве со Степаном Михалковым, сыном режиссера Никиты Михалкова, а также актером и режиссером Федором Бондарчуком (последний и десять лет спустя называл Байсарова своим другом [40]) создали компанию "Инфант силвер" – "закрытый VIP-клуб" для близких друзей в ЦМТ (по другим данным, вместе они открыли ресторан [57]) [1]. Некоторые издания сообщали, что клуб Байсарова в ЦМТ назывался "Infant Terrible" [47], другие – что просто "Инфанта" [49], а казино получило название "Инфант" [57].

В газете "Коммерсантъ" и журнале "Эксперт" в 1997 году утверждалось, что Грязнов пригласил Байсарова, чтобы уладить проблемы с грузинскими и абхазскими "ворами в законе", с конца 1980-х контролировавшими всю территорию центра. Отмечалось, что в 1996-1997 годах руководство "Совинцентра" разработало план развития предприятия, который включал в себя "привлечение иностранных инвесторов", более прозрачный контроль за финансовыми потоками, а также установку спецоборудования для обеспечения безопасности, "позволяющего вести наблюдение практически за любым уголком" ЦМТ. По версии "Коммерсанта", это могло не понравиться "бандитам". По сведениям СМИ, Байсаров стал новой "крышей" ЦМТ, и ему на протяжении двух лет удавалось "бескровно улаживать все конфликты" [53], [52], [44], [50], [54]. Сам бизнесмен эту версию опровергал, утверждая, что среди пятисот сотрудников его компании не было "ни одного лица кавказской национальности" [53], [1]. Между тем в тот период на Байсарова было совершено несколько покушений: в СМИ писали, что его "пытались один раз взорвать и несколько раз — застрелить" [25], [44], [57], [52], [53], [1]. Осенью 1997 года был убит Грязнов, по мнению Байсарова - из-за недовольства "бандитов" нежеланием бизнесменов "встать под криминальную крышу" [52], [53], [51]. В то же время некоторые СМИ указывали на "скептическое отношение" сотрудников правоохранительных органов к этой версии [51], а источники издания "Московский комсомолец" даже намекали на причастность "чеченской бригады" к смерти Грязнова [50]. В интервью 2011 года Байсаров рассказывал: когда в ЦМТ пришли "крутые ребята со стволами", он понял: если он оттуда не уйдет сам, его "точно унесут". Он постепенно начал продавать свои предприятия в ЦМТ: в 1999 году сменился владелец казино (оно принадлежало фирме ООО "Концерн инфант плюс") [1], годом позже был продан и клуб "Infant Terrible" [47].

В конце 1990-х годов Байсаров, активно занимавшийся топливным бизнесом, также купил другой, "готовый бизнес" – процессинговый центр, который обслуживал многие предприятия, в том числе госструктуры. Источники "Ведомостей" в 2011 году сообщали, что процессинговые компании предпринимателя, в частности, обслуживали АЗС ‘Московской топливной компании’" [57], [1]. В 2000 году бизнесмен стал заместителем президента МТК Шалвы Чигиринского. Супруга мэра Москвы Юрия Лужкова Елена Батурина рассказывала, что именно она познакомила Байсарова с Чигиринским и порекомендовала того на пост вице-президента "как профессионала в области нефтепереработки". В СМИ отмечалось, что фирмы Байсарова действительно были "крупными поставщиками нефти на Московский нефтеперерабатывающий завод" [25]: как отмечал сам предприниматель, у него была "собственная переработка на МНПЗ — около 1,5 миллионов тонн нефти в год" [44], [57], [1].

В 2002 году в прессе появилась информация о Байсарове как о владельце ночного клуба "Центральная станция", ориентированном на сексуальные меньшинства. В "Центральной станции" располагался штаб группы "Альфа", занимавшейся освобождением заложников, захваченных террористами во время теракта в театральном центре на Дубровке [46]. По некоторым данным, именно в этом клубе террористы, готовившие теракт, "в течение полутора месяцев складировали оружие и взрывчатые вещества". Были также сведения, согласно которым через "Центральную станцию" бандиты и проникли в театральный центр (клуб находился в том же здании). Однако хозяева клуба эту версию отвергали, отмечая, что эти помещения между собой не сообщаются [46], [43]. Они, как и сам Байсаров, его связь с клубом отрицали [45], [43].

В 2002 году Байсаров покинул пост вице-президента Московской топливной ассоциации [57] и в 2003 году, когда МТК стала частью Московской нефтегазовой компании (МНГК), получил пост первого вице-президента МНГК [25], [55], [57], [60], гендиректором (с 2004 года - президентом) которой был Чигиринский [41]. В прессе отмечалось, что эта управляющая компания, в частности, контролировала Московский нефтеперерабатывающий завод, Московскую топливную компанию и Моснефтепродукт [25], [55]. В это время акционерами МНГК являлись правительство Москвы и зарегистрированная в Великобритании компания Sibir Energy plc., "владеющая лицензиями на добычу нефти в Западной Сибири" [25], [55]. Позднее, в 2007 году московское правительство обменяло свой пакет акций МНГК на 18,03 процента акций Sibir Energy. Нефтяная компания, в свою очередь, стала единственным акционером МНГК [25], [56].

В том же 2003 году были созданы компании Rossini Trade Limited и Salvini Trading Corp.: первую из них, как отмечал позднее Байсаров, они создали вместе с Чигиринским [30]. Вместе с тем адвокаты Чигиринского впоследствии отвергали эту версию, утверждая, что их клиент зарегистрировал обе компании вместе с Еленой Батуриной, чтобы "владеть долей в нефтяных и девелоперских проектах", и лишь позднее, в 2009 году, от супруги московского мэра Байсаров получил акции Rossini и Salvini - чтобы отстаивать ее интересы в конфликте с Чигиринским. Батурина, в свою очередь, опровергала слова представителей Чигиринского [34], [32], [33], [30], [31].

Спор вокруг компаний стал предметом обсуждения в прессе после того, как в апреле 2009 года стало известно, что против Чигиринского, чьи полномочия как президента МНГК в марте того же года были прекращены [37], [38], Rossini Trade Limited подала исковое заявление в суд острова Мэн на Виргинских острова [25], [35], [36]. По версии истца, в 2003 году Чигиринский передал Rossini 50 процентов акций Bennfield Ltd, являвшейся, в свою очередь, владелицей 47 процентов акций компании Sibir Energy, а в 2006 году продал еще 23 процента акций Sibir Energy президенту группы "Меркурий" Игорю Кесаеву. Таким образом, отмечал истец, еще в 2006 году Чигиринский перестал быть акционером нефтяной компании. Появление же информации о том, что в 2009 году Чигиринский заложил якобы имевшиеся у него акции Sibir Energy, по словам Байсарова, вынудило его компанию обратиться в суд – в своем иске Rossini попросила запретить любые сделки с акциями Sibir Energy [36]. Однако рассмотрение дела в суде не состоялось – в мае того же года Байсаров заявил, что вернул себе контроль над 23,5 [35] процента акций нефтяной компании (по другим данным, размер "спорного пакета" составлял 23,34 [13], 23,35 [17], 23,37 [12] процента) [35], [25], [35], [29], [12]. В свою очередь, Чигиринский подал встречный иск, в котором попытался оспорить передачу прав на принадлежавшие ему акции Sibir Energy структурам Байсарова [30], [33], [31], [34]. Однако, стремясь продать "спорный пакет" Sibir Energy нефтяной компании "Газпром нефть", бизнесмены вскоре пошли на мировое соглашение. В мае 2010 года сделка по продаже состоялась: не комментируя ее детали, представители "Газпром нефти" подтвердили, что компания до 100 процентов увеличила свою долю в Bennfield Ltd, которой, в свою очередь, принадлежат 25,66 процента акций Sibir Energy (размер пакета чуть больше, чем прежняя доля Чигиринского, объяснялся "сложными перекрестными залогами") [13], [15], [14]. Официальной информации об условиях мирового соглашения не публиковалось, однако в прессе упоминалось, что, вероятно, согласно ему отель "Советский" на Ленинградском проспекте в Москве, ранее принадлежавший компании Russian Land Чигиринского, был передан контролируемой Байсаровым Bronson Partners Corp. [12], [11], созданной предпринимателем в начале 2000-х годов и зарегистрированной на Британских Виргинских островах [25], [32], [30]. Вместе с тем, как отмечали "Ведомости", до конца так и осталось неясным, "кто выступил стороной по сделке — Чигиринский или Байсаров". Публиковалась также информация источников издания, близкого к Sibir, согласно которой Байсаров в сделке не участвовал вовсе [14].

Осенью 2010 года стало известно, что Байсаров вложился в "социальный проект" - горнолыжный курорт в чеченском селе Ведучи. Строительством занималась ООО "Ведучи", основным владельцем которого также назывался бизнесмен. В прессе подчеркивалось, что проект контролировал глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров, и он же "лично выбирал место для создания этого комплекса" [1], [10]. Байсаров подчеркивал, что глава Чеченской республики – его друг, однако отрицал, что является "кошельком Кадырова". По словам бизнесмена, вместе с главой Чечни они ездят на охоту и рыбалку [1], [19].

В январе 2011 года стало известно, что Байсаров ушел с поста первого вице-президента МНГК. Он объяснял свое решение тем, что "намерен заняться собственными бизнес-проектами" [9]. В феврале того же года предприниматель купил 20 процентов акций ЗАО "Русская медная компания" (РМК) у Russian Cooper Company Ltd. 80 процентов в холдинге Russian Cooper Company, активами которого управляла РМК, на тот момент принадлежали ее создателю Игорю Алтушкину. По некоторым сведениям, акции обошлись Байсарову в 500 миллионов долларов [6], [7]. В июне 2011 года Байсаров вместе с Алтушкиным купили 100 процентов акций "Енисейской промышленной компании" у предпринимателя Сергея Пугачева. Компания владела лицензией на разработку Элегестского угольного месторождения, сумма сделки, по сведениям СМИ, составила более 2 миллиардов долларов [4], [3].

Публиковались разные оценки состояния Байсарова. Так, в 2002 году в СМИ фигурировала сумма 200 миллионов долларов [25], [44]. В рейтинге российских миллиардеров по версии журнала "Финанс.", опубликованном в 2011 году, Байсаров занял 281 место: его состояние оценивалось в 10,7 миллиарда рублей (350 миллионов долларов) [8].

Много публикаций СМИ были посвящены личной жизни Байсарова. Первой гражданской женой бизнесмена, которая упоминалась в прессе, стала модель Татьяна Ковтунова. В первой половине девяностых у них родилась дочь Камила (некоторые СМИ называли ее Камиллой [5]). По состоянию на 2009 год, Ковтунова имела "свою компанию по организации праздников, мероприятий" и проживала в Москве. В прессе сообщалось, что в 2011 году Камила вышла замуж за 21-летнего чеченца из богатой семьи Ислама Исаева [42], [22], [27], [5], [2]. В конце 1990-х годов гражданской женой Байсарова называлась дочка эстрадной певицы Аллы Пугачевой Кристина Орбакайте. Их брак не был зарегистрирован официально, однако, как они сами сообщали, был оформлен по законам ислама [25], [42], [27], [20]. В 1998 году у пары родился сын Дени. Через некоторое время (по некоторым сведениям - в 2003 году [27]) Байсаров с Орбакайте расстались [25], [49]. Затем, как писали в прессе, Байсаров сошелся с моделью Алиной Цивиной, от которой в 2003 году у него родился сын Эльман [42], [27]. Все дети жили то у отца, то у матерей. В 2008 году Байсаров женился на чеченке Илоне из родного села, которая, по некоторым сведениям, родила ему еще одну дочь - Дали [23], [5], однако, по другим данным, в 2009 году Дали было уже четыре года, и матерью этой дочери бизнесмена стала другая женщина [26], [22], [24].

Осенью 2009 года Байсаров и Орбакайте оказались в центре скандала. Орбакайте на пресс-конференции объявила, что бизнесмен требует от нее, чтобы их сын жил с ним [25], [27], [20]. Байсаров же объяснил, что Орбакайте планирует увезти Дени на постоянное место жительства в США, он же может этого допустить [25], [26], [27], [20]. Бизнесмен подал иск в Грозненский суд, а его бывшая жена - в Тверской суд Москвы [25], [27]. В итоге Байсаров и Орбакайте подписали мировое соглашение, по которому сын Дени должен был сам выбирать, с кем из родителей ему жить [21], [18].